Искусство провокации

женщина Возбуждение для меня – это далеко не то, чем вылечивают геморрой, а одно из высочайших проявлений (вместе с любовью) художества нашего общения.

Прежде всего, она всегда энергозатратна — и с позиции восприятия обстановки, и с позиции умного усилия. Во-вторых, она требует определённого мужества, т.к. инициирующий (не хочу рассуждать – агент) всегда подставляется на собственный ужас и риск. Он всегда не менее кольнем, чем тот, кто цинично-равнодушен. Инициируя, ты полностью готов к ответу – по головке как правило не утюжат…

Анализировать о провокации – занятие само парадоксально-провокативное. Чтобы не потеряться, пишу тезисно. Картинки беру из трёх наиболее близких мне областей – живопись, терапия и телевидение. Подытоживаю образцами из области детской психологии. 

Первый уровень – КОПИРОВАНИЕ.

В живописи с данным уровнем корреспондируется такое назначение, как соцреализм. В психотерапии ему релевантна фраза «Я сделаю всё, чтобы Вам помочь». В телевизионном ток-шоу это рассмотрение очевидных историй с очевидной же моралью в середине. Есть тот уровень, на котором есть большинство «женских дневных ток-шоу» с центральных телеканалов. 

Это – ещё не возбуждение. Неимение внешнего инцидента ведёт к неимению перемещения. Вследствие этого, по огромному счёту, тут ещё нет никакого художества. Соцреализм в живописи в этом смысле – исключительно символический образец, сообщающий только о фигуре (истинное искусство всегда провокативно, и вследствие этого многопланово). Это лишь попытка воссоздания части действительности без каких-то глубоких подтекстов. При этом у «художника» (разумеется, снова символического, в связи с тем что в данном ещё нет Художества) есть чётко сформулированная нравственность, к которой он и подводит при помощи собственного «произведения». Если это было бы не так, то посетитель должен бы задуматься: «К чему всё это?» — и сразу появились бы подтексты.

В формировании ребёнка это ступень конформизма, безотносительного подражательства, в целях сделать как можно не менее истинный слепок с «родительской» действительности.

2-й уровень – Уничтожение.

В художестве на данном уровне есть абстракционизм. В психотерапии — фраза «Вряд ли я смогу Вам помочь». В телевизионном ток-шоу есть та высокоинтеллектуальная обсуждение вопроса, где вопросов больше, чем решений. Послушав её, посетитель восклицает «Зачем вы морочите мне голову?!» Отличный образец в этом смысле – платформа «Гордон», в которой посетитель добивает себя вопросами вида «А причём здесь отличные сигары и дорогой ликер?»

Тут находится ответ против копирования, а, стало быть, есть и инцидент, и перемещение. Абстракционисты стимулировали «реалистов», разрушая их взгляды на средства отражения мира вокруг нас. Однако, на самом деле, торговались они лично с собой, с собственным «реалистическим» прошлым. Это — лишь первая несмелая игра с проектами и контекстами. Многоплановости ещё неоткуда приняться, поскольку суммарный контекст всего 1 — уничтожающий всегда сверяется с тем, что как раз он уничтожает. Вследствие этого его ходы без проблем просчитываемы, а провокации – разгадываемы.

В социальном становлении человека этому уровню отвечает ступень подростковой протестности. Нонконформизм молодого человека говорит о его незрелости. Его провокативность плоско-примитивна, и вследствие этого им очень без проблем распоряжаться через «ровно обратное». Очень наставительно, как проворно взросло-консервативное сообщество извлекало энергию подростково-протестных перемещений вида волосатый и панков, выжав из них в конечном итоге её очевидный финансовый эквивалент.

3-й уровень — Устранение.

В живописи данный уровень нашёл своё вечное воплощение в «чёрном квадрате» Казимира Малевича. В психотерапии на данном уровне располагаются фразы вида «Вам нельзя помочь». На телевидении такое ток-шоу просто не в состоянии жить, т.к. смотрелось бы оно как просто безмолвно находящиеся с студии люди.

Вот здесь в первый раз стартует что-нибудь на самом деле любопытное. Это – возбуждение по отношению к самой провокации, либо пародия на неё. «Чёрный квадрат» не располагается в оппозиции к реализму. Он — высмеивание абстракционизма, всё ещё хватающегося в собственной детской непоследовательности за тона и формы — как «маргинальный» молодой человек, не готовый отказаться от материнских денег. Однако мы ещё помним и про тот «реализм», с которого всё начиналось! – и здесь появляется полифония, проекты начинают умножаться, отражаясь друг в дружке…

Люди, в безглагольной задумчивости находящиеся на собственных стульях с сигарами и коньяком в руках как пародия на «Гордона». Однако откуда принялись сигары и ликер? Из платформы «Гордон», либо из их неимения в «Очевидном — Невероятном»?

Есть тот уровень, на котором завершается детство. Ещё неясно, как с данным управляться, однако многозначность окружающего тебя мира является явной. «На дурака» очевидно не проскочишь – не «в прямую», не «от обратного».

Четвёртый уровень — ВОССТАНОВЛЕНИЕ.

В живописи в данную сторону наиболее очевидно двинулись гиперреалисты. Обращая живопись в фото, они стебались над реализмом, доводя его до безотносительного технологического достоинства. В психотерапии так стебётся врач, декламирующий фразу «Я помогу Вам!». Согласно к телевидению как раз так звучат для меня слова Александра Гордона, рекомендующего Ксюши Собчак кинуть наконец концептуально исчерпавший себя Дом-2, и сконцентрироваться на доведении до безмозглого достоинства «Блондинки в шоколаде».

Данный уровень – «высший пилотаж» художества провокации. На вид тут всё смотрится как оптимальное копирование. И в данной «идеальности» находится исключительно вероятный намёк на подвох. Однако здесь легко сделать ошибки, и спутать четвёртый уровень с первым. Вся тонкость в том, что провокацию данного значения можно или не увидеть, или заметить её там, где её нет. По огромному счёту, на данном уровне вообще пропадает какая-нибудь беспристрастность. Границы между внутренним и внешним растворяются. Вопрос «Меня распространили либо я развёл себя сам» утрачивает резон. Как хочешь – так и будет. Всё находится в зависимости от того, что ты сам сконструировал у себя в голове.

Стандартный человек может смотреть сюда лишь из большой любви к искусству – без кавычек. И то только на крайне незначительный промежуток времени – по-другому есть риск сойти с ума (либо трансформироваться в индивидуального идеалиста — что, в общем-то, одно). Жить тут могут лишь таланты и умалишенные. Однако лишь тут можно сойтись с истинной тайной и многоплановостью нашего существования. Есть тот уровень, на котором возникает на самом деле взрослая независимость. С её абсолютной ответственностью за индивидуальность собственного восприятия и наблюдением над жизнью в образе: «Лишь твоя голова в ответе за то, куда сядет ваш зад».

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *